Daily Archives: 03.05.2015

ДОПРОС МИРДЖАФАРА БАГИРОВА. ОКТЯБРЬ 1953

Стандартный

Копия протокола допроса свидетеля Багирова Мир-Джафар Аббасовича от 29 октября 1953 г.

М.БАГИРОВ 2

1953.10.30

Метки: 

Берия

Источник: 

Политбюро и дело Берия. Сборник документов — М.:, 2012. С. 468-473

Архив: 

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 171. Д. 470. Л. 215-225. Копия. Машинопись.

Совершенно секретно

Товарищу Маленкову Г. М.

Представляю копию протокола допроса свидетеля Багирова Мир-Джафар Аббасовича от 29 октября 1953 года.

Приложение: на 10 листах.

[п.п.] Р. Руденко

30 октября 1953 г.

№ 569/ссов

Пометы:

Читал.

[п.п.] Л. Каганович. 6.XI Читал.

[п.п.] К. Ворошилов. 9.XI.1953 Чит[ал]

[п.п.] А. Микоян. 9.XI

Протокол допроса свидетеля

1953 года, октября 29 дня, гор. Москва. Генеральный прокурор СССР действительный государственный советник юстиции Руденко допросил в качестве свидетеля нижепоименованного, который показал:

Багиров Мир-Джафар Аббасович, 1896 г. рожд[ения], уроженец г. Кубы Азербайджанской] ССР, образование высшее, член КПСС с марта 1917 г., заместитель начальника объединения «Куйбышевнефть», прож[ивает] гор. Куйбышев, объединение «Куйбышевнефть», несудившийся, женат.

Свидетель предупрежден об ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу ложных показаний по ст. ст. 95, 92 УК РСФСР.

Багиров

ВОПРОС: Что вы можете сообщить следствию об изменнической, предательской деятельности Берия?

ОТВЕТ: Я ничего не знал о предательской деятельности Берия до 1 июля 1953 года, т. е. до Пленума ЦК КПСС, где Берия был разоблачен как предатель. Поэтому о предательской деятельности Берия я следствию ничего сообщить не могу.

ВОПРОС: С какого времени вы знакомы с Берия?

ОТВЕТ: В феврале 1921 года я был назначен на работу в Азербайджанскую] ЧК в качестве председателя ЧК. До этого я служил в армии. Примерно через 7-10 дней на работу в ЧК прибыл по путевке партийной организации (ЦК Азербайджанской] КП(б) или Бакинского комитета — сейчас не помню) Берия. Он был назначен на должность заместителя председателя ЧК и начальника СОЧ. С этого времени я знаком с Берия.

ВОПРОС: Являясь председателем Азербайджанской] ЧК, вы были осведомлены о службе Берия в мусаватистской контрразведке?

ОТВЕТ: О службе Берия в мусаватистской контрразведке я ничего не знал до 1937 года, когда Каминский по этому поводу обратился с официальным заявлением в ЦК ВКП(б). Берия о том, что он служил в контрразведке мусаватистского правительства, мне также ничего не говорил. Берия рассказывал мне, что он выполнял якобы задания разведывательного характера по поручениям большевистской подпольной организации, но о существе этих заданий он мне не рассказывал.

Таким образом, о том, что Берия служил в мусаватистской контрразведке, я впервые услышал в 1937 году.

ВОПРОС: Вы присутствовали в декабре 1921 года на заседании комячейки Азербайджанской] ЧК с участием Центральной комиссии по проверке, пересмотру и очистке личного состава Азербайджанской] КП?

ОТВЕТ: Да, присутствовал.

ВОПРОС: В протоколе этого заседания содержится запись вашего выступления о Берия в следующей редакции:

«Багиров: он строг, требовательный, во время экспроприации высказывал стойкость, не давал никому поблажек, прямой и искренний, сам требователен и любит, чтобы с него тоже требовали».

Эта запись вашего выступления правильна?

ОТВЕТ: Да, в то время я так говорил. Тогда я верил Берия.

ВОПРОС: Далее в протоколе следуют записи выступлений сотрудников о морально-бытовом разложении Берия, и в частности о его приставаниях к сотрудницам аппарата ЧК, присвоении кольца и др. Вам были известны факты, свидетельствующие о морально-бытовом разложении Берия?

ОТВЕТ: Нет, мне ничего не было известно о морально-бытовом разложении Берия, и именно поэтому я защищал его на заседании комячейки. Я считал, что, возможно, выступавшие тенденциозны по отношению к Берия, так как он строг и требователен.

ВОПРОС: Давая свои объяснения на заседании комячейки с участием центральной комиссии по чистке, Берия рассказал о своей службе в мусаватистской контрразведке?

ОТВЕТ: Нет, он об этом не рассказал.

ВОПРОС: Что вам известно об аресте Берия в 1920 году Азербайджанской] ЧК?

ОТВЕТ: По этому поводу мне ничего неизвестно.

ВОПРОС: Вам докладывали, что в архивах Азербайджанской] ЧК находятся документы, относящиеся к аресту Берия в 1920 году?

ОТВЕТ: Нет, мне об этом никто не докладывал. Об аресте Берия в 1920 году я впервые услышал сегодня.

ВОПРОС: В 1932 или 1933 г. к вам в Баку приезжал Меркулов с поручением Берия разыскать в партийном архиве документы, относящиеся к службе Берия в мусаватистской контрразведке?

ОТВЕТ: За документами в Бакинский партийный архив из Тбилиси приезжали многие. Меркулов как помощник Берия в то время приезжал в Баку часто. Однако Меркулов ничего не говорил мне, что приехал в Баку за документами, относящимися к службе Берия в мусаватистской контрразведке. Возможно, что под видом обычной работы с историко-партийными документами по какому-нибудь заданию Берия Меркулов фактически производил розыски документов, относящихся к службе Берия в мусаватистской контрразведке, однако мне о том, что Меркулов производит розыск именно этих документов, ничего известно не было.

ВОПРОС: Что вам известно о взаимоотношениях Берия с Серго Орджоникидзе?

ОТВЕТ: Берия держался по отношению к Серго Орджоникидзе подло. Сначала Берия использовал хорошее отношение к нему Серго Орджоникидзе в своих карьерис-тических целях, а затем, когда Орджоникидзе помог Берия достигнуть определенного положения, то именно Берия стал интриговать против Орджоникидзе. Вспоминаю следующий случай: за несколько месяцев до своей смерти С. Орджоникидзе посетил в последний раз Кисловодск. В этот раз он позвонил мне по телефону и просил приехать к нему. Я выполнил эту просьбу Орджоникидзе и приехал в Кисловодск, где в это время гостил Г. Дмитров. Орджоникидзе подробно расспрашивал меня о Берия и отзывался при этом о нем резко отрицательно. В частности, Орджоникидзе говорил, что не может поверить в виновность своего брата Папулия, арестованного в то время Берия. Очевидно, что Орджоникидзе тогда понял уже всю неискренность и вероломство Берия, сначала использовавшего поддержку Орджоникидзе, для того чтобы пробиться к власти, о затем решившего любыми средствами очернить Орджоникидзе.

Берия стало известно через своих людей о том, что Орджоникидзе вызывал меня в Кисловодск, и он говорил по этому поводу со мной по телефону, но я ответил, что Орджоникидзе интересовался вопросами, связанными с добычей нефти.

Отношение Берия к Серго Орджоникидзе является одним из наиболее убедительных примеров подлости Берия, его карьеризма и вероломства.

ВОПРОС: Вам известен Кедров Михаил Сергеевич?

ОТВЕТ: Да, Кедров мне известен, причем известен с самой лучшей стороны. Кедров являлся старым большевиком, активным участником и организатором обороны Севера в период Гражданской войны, а затем членом Президиума ЧК при Ф. Э. Дзержинском. Это был человек большой нравственной чистоты и честности. Как уполномоченный Дзержинского Кедров приезжал в Баку и производил проверку работы ЧК.

ВОПРОС: Что вам известно об информации, направленной Кедровым Дзержинскому по поводу Берия?

ОТВЕТ: По этому поводу мне ничего неизвестно.

ВОПРОС: Вам был известен Сеф?

ОТВЕТ: Да, Сеф был мне хорошо известен. Он был одним из приближенных Берия. Берия подставил ко мне, направив на работу в Азербайджан, Сефа в качестве второго секретаря Бакинского городского комитета партии и Агрба — в качестве второго секретаря ЦК.

ВОПРОС: В связи с чем Сеф после ареста в Тбилиси был этапирован в Баку?

ОТВЕТ: Сеф не давал никаких показаний в Тбилиси. Не помню, давал ли я указания Сумбатову этапировать Сефа из Тбилиси в Баку или же Сумбатов запросил Сефа по собственной инициативе. Вспоминаю, что Сеф в Баку пытался покончить жизнь самоубийством, но ему помешали это сделать, и тогда Сеф начал давать подробные показания о своей враждебной контрреволюционной деятельности.

ВОПРОС: Вам известно, что от Сефа с помощью избиений вымогались показания о подготовке им террористических актов против вас, Берия и Сумбатова-Топуридзе?

ОТВЕТ: Нет, по этому поводу мне ничего неизвестно. Вообще, я никогда не верил сообщениям органов госбезопасности, что против меня якобы готовятся террористические акты. Я всегда смеялся над такими сообщениями.

ВОПРОС: Вам были известны следующие собственноручные показания Сефа, адресованные им Сумбатову-Топуридзе:

«В 1934 году имели место две попытки в проведении индивидуального местного террора на территории Баку, первый — в августе против товарищей Берия и Багирова, второй — в сентябре против Багирова и Сумбатова»?

ОТВЕТ: Нет, мне об этих показаниях Сефа ничего известно не было.

ВОПРОС: Фамилия Нодев вам известна?

ОТВЕТ: Кажется, был такой сотрудник в НКВД.

ВОПРОС: В связи с чем персональное дело Нодева рассматривалось на бюро ЦК Азербайджанской] КП(б) 25 декабря 1936 года?

ОТВЕТ: В связи с заявлением Акопова и Пурниса о Нодеве, как это видно из протокола № 169 заседания бюро ЦК Азербайджанской] КП(б) от 25 декабря 1936 года, предъявленного мне сейчас.

ВОПРОС: Вы помните, как проходило обсуждение персонального дела Нодева на этом бюро ЦК?

ОТВЕТ: Нодев обвинялся в клевете на Берия. В это время Берия находился в расцвете своего авторитета и славы. Поэтому обсуждение дела Нодева проходило в пользу Берия.

ВОПРОС: Вам предъявляется копия расшифрованной телеграммы из Баку следующего содержания:

«Москва. Наркомвнудел Союза товарищу Ежову.

За недопустимую клеветническую антипартийную болтовню по адресу товарища Лаврентия Берия бюро ЦК Азербайджанской] КП(б) решило объявить выговор заместителю начальника Азербайджанского] УНКВД Нодеву и постановило просить вас снять его с работы. Просим санкционировать снятие Нодева с работы и отозвать его в распоряжение НКВД Союза. Секретарь ЦК Азербайджанской] КП(б) Багиров».

Вы посылали эту телеграмму?

ОТВЕТ: Да, такую телеграмму я посылал.

ВОПРОС: Вам известно, что Нодев затем был обвинен в контрреволюционном преступлении и расстрелян соучастниками Берия?

ОТВЕТ: Нет, об этом я слышу сейчас в первый раз.

ВОПРОС: Вы не отрицаете, что основанием к разбору дела Нодева на заседании бюро ЦК Азербайджанской] КП(б) послужила беседа, которую Нодев имел якобы с Акоповым и Пурнисом о Берия?

ОТВЕТ: Да, основанием к постановке этого вопроса на бюро послужило заявление Акопова, который (А. Акопов) в декабре 1936 г. являлся вторым секретарем ЦК Азербайджанской] КП(б), а Пурнис — заместителем начальника Азербайджанского УНКВД. Оснований не верить их заявлению тогда не было. Следует отметить, что как Акопов, так и Пурнис являлись выдвиженцами Берия, направленными им на работу в Азербайджан.

ВОПРОС: Теперь вам оглашается запись выступления Акопова из протокола № 169 заседания бюро ЦК Азербайджанской] КП(б) от 25 декабря 1936 года:

«Акопов: Разговор между мной, Пурнисом и Нодевым происходил вне официальной обстановки. Говорили на всякие темы, а потом разговор перешел относительно работы тов. Берия в Закавказье. Я или Пурнис, если память мне не изменяет, сказали, что товарищ Берия является одним из крупных и талантливых чекистов Советского Союза. Тов. Нодев сказал, что это только в Закавказье о нем такого мнения, а где бы и с кем бы вы ни говорили, везде — от Владивостока до Москвы — о нем отрицательного мнения. Такую фразу, мне кажется, сказал Нодев: «Все считают, что Берия из Закавказья выживал полпредов — постоянных представителей ОГПУ, всех выживал с подвохами, применяя всякого рода нехорошие вещи». Причем так он повторил раза два или три».

Какую же «недопустимую, антипартийную, клеветническую болтовню» вы усмотрели в этом высказывании Нодева о Берия, ведь вам были достаточно хорошо известны те коварные интриганские приемы, при помощи которых Берия действительно выживал из Закавказья направляемых туда полномочных представителей ОГПУ?

ОТВЕТ: Мне было известно о том, что Берия не уживался с полномочными представителями ОГПУ, но что он прибегает к коварным интриганским приемам борьбы с ними — я не знал. В 1936 году Берия являлся первым секретарем Закавказского] крайкома и членом ЦК ВКП(б). Я считал тогда высказывания Нодева о Берия клеветническими.

ВОПРОС: Теперь вам оглашаются извлечения из вашего выступления на заседании бюро ЦК Азербайджанской] КП(б) от 25 декабря 1936 года по поводу Нодева и его высказывании о Берия:

«Больше всего меня возмущает то, что тов. Нодев — грамотный человек, и сказать, что он ничего не понимает, будет неверно. Он — культурный человек, как можно было не понимать того, что он говорил…

Я лично думаю, что это мнение т. Нодева, видимо, не его личное мнение. (Голоса: Правильно.) Извините, пожалуйста, потому что для личного мнения у вас нет никаких таких оснований ни в смысле отношения и соприкосновения с т. Берия как с большевиком и чекистом на практической работе, ни в смысле других отношений. Не имея оснований, т. Нодев болтает зады тех, которые действительно получили по рукам от партии и советской власти через тов. Берия и руками тов. Берия.

Если бы вы были большевиком настоящим, вы должны были бы понять, что вы говорите и можно ли безнаказанно так болтать то, что вы хотели… И сегодня вместо того, чтобы вместе со всей большевистской партийной организацией воздать должное тов. Берия за его большевистскую упорную борьбу за последние 5-6 лет в Азербайджане, вы пускаетесь на болтовню. С этим мы никак не можем согласиться. Я думаю, надо будет поставить вопрос перед наркомвнуделом о снятии Нодева и объявить ему выговор с последним предупреждением».

Не свидетельствует ли подобное ваше выступление на бюро ЦК Азербайджанской] КП(б) 25.XII. 1936 г. о восхвалении вами Берия и угодничестве по отношению к нему?

ОТВЕТ: Конечно, с точки зрения сегодняшнего дня это выступление является угодническим по отношению к Берия. Однако я прошу зафиксировать в протокол, что все это происходило в 1936 году, когда Берия являлся первым секретарем Закавказского] крайкома и членом ЦК ВКП(б), и я защищал его не просто как Берия-человека, а именно как руководителя партийной организации Закавказья.

ВОПРОС: На этом же заседании бюро ЦК Азербайджанской] КП(б) вы заявили, характеризуя Берия:

«Причем, к вашему сведению, борьбу с контрреволюционной разведкой партия поручила ему еще в подполье».

Какие основания были у вас для такого, явно несоответствующего действительности заявления?

ОТВЕТ: Я это заявил, основываясь только на личных утверждениях Берия. Он усиленно распространял версию о том, что являлся подпольщиком и одним из организаторов борьбы за установление советской власти в Азербайджане. Я признаю, что в данном случае слепо поверил Берия.

ВОПРОС: Каковы были ваши личные отношения с Берия?

ОТВЕТ: В период совместной роботы в Закавказье наши отношения были товарищескими и близкими. Бывая в Тбилиси, я останавливался у Берия, ночевал у него на квартире. После перехода Берия на работу в Москву я у него был не более двух раз. Жена Берия в период Отечественной войны как-то один раз останавливалась у меня. Берия в период Отечественной войны также один раз проездом останавливался у меня в Баку.

Протокол записан правильно и мною прочитан.

Допрос начат: 9 час. 45 мин.

Окончен: 13 час. 25 мин.

Багиров

Допросил: Генеральный прокурор СССР

Р. Руденко

При допросе присутствовал и вел запись протокола

пом[ощник] генерального прокурора СССР

Смирнов

Верно: [п.п.] Майор административной] службы

Источник:

http://istmat.info/node/22274

Реклама

КАК ДОПРАШИВАЛИ МИРДЖАФАРА БАГИРОВА

Стандартный

М. БАГИРОВ

Копия протокола допроса М. Д. Багирова от 9 апреля 1954 г.

Датировка: 

1954.04.09

Источник: 

Политбюро и дело Берия. Сборник документов — М.:, 2012. С. 587-592

Архив: 

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 171. Д. 474. Л. 86-96. Копия. Машинопись.

Особая папка

Совершенно секретно

товарищу Хрущеву Н. С.

Представляю Вам копию протокола допроса Багирова М. Д. от 9 апреля 1954 года.

Приложение: на 10 листах.

[п.п.] Р. Руденко

10 апреля 1954 года № 80/лсс

Пометы:

Чл. През. ЦК

[п.п.] Н. Хрущев. 10.IV

Разослано за № 799

Архив [п.п.] В. Чернуха. 13.IV.54

Протокол допроса арестованного

9 апреля 1954 года генеральный прокурор Союза ССР действительный государственный советник юстиции Руденко допросил в Бутырской тюрьме МВД СССР арестованного

Багирова Мир Джафара Аббасовича,

который показал:

ВОПРОС: Когда вы вступили в партию большевиков?

ОТВЕТ: В марте 1917 года, в гор. Куба Азербайджанской] ССР.

ВОПРОС: Подавали ли вы заявление о приеме в партию и кем оно рассматривалось?

ОТВЕТ: В то время никаких партийных организаций в гор. Кубе не было. В Пензенской воинской дружине, которая тогда несла охранную службу почты, казначейства и банка, я сблизился с тремя прапорщиками из бывших сельских учителей — Зондфлебелем, Ивановым, фамилии третьего я не помню. Эти лица называли себя социал-демократами большевиками, и я разделял их политические настроения. Мы с ними собирались, советовались, как облегчить положение беднейших слоев населения и противопоставить эти слои засилью в городе беков, кулаков и других капиталистическо-помещичьих элементов. Заявления о приеме в партию я не писал, и эти три человека и приняли меня в партию большевиков. По существу, эти лица и были моими поручителями.

ВОПРОС: Почему во время перерегистрации в 1920 году вы указали других поручителей — Вилкова, Шарапова, Нарчишашвили и Агаева?

ОТВЕТ: Я указал этих товарищей только потому, что они в момент перерегистрации меня знали.

ВОПРОС: Сейчас вы утверждаете, что вступили в партию в марте 1917 года в г. Кубе, а при перерегистрации 16 ноября 1920 года на вопрос, когда вступили в партию, ответили, что в июне 1918 года, но уже не в г. Кубе, а в г. Баку. Когда же по этому вопросу вы говорили правду?

ОТВЕТ: Я не знаю, как это получилось.

ВОПРОС: Вам предъявляется копия протокола общего собрания комячейки Осо-ботделения № 6 и ревтрибунала 1 -й стрелковой дивизии о перерегистрации членов партии от 16.XI.1920 года. Вы признаете, что в этом протоколе зафиксировано ваше заявление о вступлении в партию в июне 1918 года в гор. Баку?

ОТВЕТ: Да, действительно в осмотренной мной копии протокола значится так. Почему так получилось, что время и место моего вступления в партию иные, чем те, о которых я показал сейчас на допросе, объяснить затрудняюсь.

ВОПРОС: Вы признаете, что приписали себе дооктябрьский партийный стаж?

ОТВЕТ: Объективно это получается так, но я и мысли не имел приписать себе партстаж, так как считаю себя в партии с III. 1917 года.

ВОПРОС: В 1917 году вы были заместителем Кубинского уездного комиссара, крупного помещика, видного мусаватиста капитана Зизикского Алибека, который возглавлял отряд бандитов, зверски расправлявшихся с местные населением. Вы это признаете?

ОТВЕТ: Да, я был выдвинут заместителем Зизикского с поста комиссара еврейской слободы по инициативе тех трех лиц, которые приняли меня в партию. Проработал я в этой должности до сентября 1917 года, а затем стал учительствовать. При мне зверств не было.

ВОПРОС: Вы признаете, что в 1918 году находились в дашнакском отряде под командованием Амазаспа, учинившего зверский разгром г. Кубы и вырезавшего значительную часть городского населения?

ОТВЕТ: В этом отряде я был по приказанию чрезвычайного уполномоченного Бакинского совнаркома в Дагестане тов. Нанейшвили, который мне как коммунисту поручил следить за тем, чтобы со стороны дашнаков было меньше зверств. В этом отряде я пробыл примерно неделю. Отряд этот был послан Бакинским совнаркомом для освобождения Кубы. Верно, за эту неделю дашнаки вырезали много невинных людей.

ВОПРОС: Вы подтверждаете, что за эти зверства вы были арестованы уполномоченным бакинского комиссара Джапаридзе — Леваном Гогоберидзе и заключены в тюрьму?

ОТВЕТ: Да, я был арестован Леваном Гогоберидзе за то, что не принял мер к предотвращению зверств дашнаков, после ареста меня никто не допрашивал, и я пробыл под стражей дней 5. Освободила меня рота из русских, которая прибыла из Баку, после чего я туда же и уехал. Впоследствии вопрос о моей ответственности по этому делу никем не поднимался.

ВОПРОС: За что вы арестовывались второй раз уже в Астрахани?

ОТВЕТ: Я был начальником караульной группы, охранявшей склад с воинским имуществом, двое из моих красногвардейцев украли несколько пар ботинок, за что арестовали и меня. Дело это рассматривалось в ревтрибунале, виновных осудили, а я был оправдан и возвратился в свою воинскую часть.

ВОПРОС: Вы привлекались к партийной ответственности в 1921 году?

ОТВЕТ: Нет, не привлекался. Летом 1922 года мне где-то сказали, что по решению ЦКК меня оставили в партии. В 1921 году меня для рассмотрения моего партийного вопроса никуда не вызывали.

ВОПРОС: Почему вы как председатель Азербайджанской] ЧК, зная, что контрреволюционер и бандит Алибек Зизикский, находясь на нелегальном положении, бывает в гор. Шемаха и устанавливает связи с к[онтр]р[еволюционными] элементами, — не приняли мер к его аресту и оберегали его от ответственности?

ОТВЕТ: О том, что Зизикский скрывается и ведет антисоветскую работу, я не знал, но мы его разыскивали.

ВОПРОС: Вы говорите неправду. Такие данные о преступной работе Зизикского лично вам передавал начальник Шемахинского уездного политбюро — Красный. Вы это подтверждаете?

ОТВЕТ: Я не помню — были ли такие сообщения из политбюро от т. Красного.

ВОПРОС: Каким образом Зизикскому удалось в 1923 году легализоваться, ведь вы как руководитель ЧК не могли об этом не знать?

ОТВЕТ: Зизикский был легализован по моим указаниям, с тем чтобы его впоследствии репрессировать.

ВОПРОС: Не потому ли вы это сделали, что вместе с Зизикским работали в г. Кубе?

ОТВЕТ: Нет, не поэтому.

ВОПРОС: Вы были лично свидетелем зверств и бесчинств Зизикского. Почему вы вместо репрессирования его легализовали?

ОТВЕТ: Зверства и произвол со стороны Зизикского мне действительно были известны. Легализацию Зизикского вместо репрессирования его я считаю своей ошибкой.

ВОПРОС: Известен ли вам б[ывший] начальник штаба Шукри-паши — Ахмед Бедин, под руководством которого турецкие войска заняли г. Кубу, вырезали там почти все армянское население и повесили заместителя] председателя Кубинского ревкома Магомеда Мехти?

ОТВЕТ: Ахмет Бедин, он же Ахмед Тринич, известен мне с 1922 года, я встречался с ним на партийных собраниях, конференциях и знаю его как одного из руководящих работников Азербайджана. С 1920-х годов в Баку ходили слухи о том, что Бедин-Тринич зверствовал вместе с турками, но в этом вопросе не было ясности.

ВОПРОС: Вы опять говорите неправду. Проверенную информацию о прошлом Бедина-Тринич вы получали по линии разведки от Эфендиева, а по партийной линии — от Гулам Мамедова, Булгеис Мамедовой и др. Вы это подтверждаете?

ОТВЕТ: Да, подтверждаю. Примерно, до 1937 года у нас не было активной разработки Тринича, так как данные о его преступлениях были противоречивы.

ВОПРОС: Почему же Тринич, крупный разведчик, так долго оберегался вами от ответственности за свои преступления?

ОТВЕТ: Я уже показывал, что о его преступлениях были противоречивые данные. Правда, в 1933 году о нем заявление написал Баба-Алиев, но и после этого одни его оправдывали, а другие обвиняли, и трудно было разобраться. Я Тринича не защищал.

ВОПРОС: Вы подтвердили, что до ареста Берия были ему близким человеком. Вы признаете, что всегда поддерживали и покрывали его?

ОТВЕТ: Да, я с ним дружил.

ВОПРОС: В марте 1921 года, во время чистки партии, коммунист Шамсов обвинял вас в грубости, чванстве и требовал призвать вас к порядку. В ответ на это Берия в своем выступлении заявил: «Багиров единственный человек, один из лучших товарищей, который, занимая ответственный пост, ни к одной из группировок не примыкал». Это было поддержкой вас со стороны Берия?

ОТВЕТ: Да, это была поддержка.

ВОПРОС: На том же собрании присутствовавшими было доказано аморальное поведение Берия. Вы выступили и заявили: «…Берия строг к лентяям, эти товарищи нарочно играют чисткой, чтобы отомстить ему…»

Почему вы взяли Берия под защиту, ведь даже он сам не порочил лиц, его обвинявших?

ОТВЕТ: Да, я его защищал.

ВОПРОС: Вы признаете, что расправились с Нодевым только за то, что он плохо отозвался о Берия как о чекисте?

ОТВЕТ: Да, признаю.

ВОПРОС: Кто рекомендовал Берия для работы в ГПУ Грузии?

ОТВЕТ: Я действительно дал о Берия хорошую характеристику.

ВОПРОС: Чем был вызван перевод Берия на работу из Баку в Грузию?

ОТВЕТ: Его взяли туда как грузина.

ВОПРОС: Вы говорите неправду. Вам было известно, что Берия был снят с работы с запрещением работать в органах ЧК и получил партийное взыскание.

Отвечайте правдиво, почему вы в обход партийного решения помогли Берия пролезть в ЧК Грузии?

ОТВЕТ: Тогда о таком партийном решении мне не было известно, и мне Берия о нем также ничего не сказал.

ВОПРОС: Кто помог вам в 1929 году возвратиться на должность председателя Азербайджанского] ГПУ?

ОТВЕТ: Берия.

ВОПРОС: Значит, вы друг друга выручали и продвигали?

ОТВЕТ: Объективно получается так.

ВОПРОС: Таким образом, у вас с Берия самые тесные личные связи были установлены с 1920-х годов?

ОТВЕТ: Да, точнее, с февраля 1921 года.

ВОПРОС: Вы знали о службе Берия в мусаватистской разведке, когда узнали и при каких обстоятельствах?

ОТВЕТ: Да, знал. Об этом мне рассказал сам Берия на следующий день, как в феврале 1921 года пришел на работу в Азербайджанскую] ЧК в качестве начальника СОЧ и моего заместителя. Он мне говорил, что в этой разведке работал по заданию партии. Моя крупнейшая ошибка перед партией и Советским государством состоит в том, что я поверил Берия на слово и его сообщения нигде до его ареста не проверил. Отсюда, собственно, и начинается, если так можно выразиться, история моего грехопадения с Берия.

ВОПРОС: Берия обещал вам перевод в Москву?

ОТВЕТ: Этого никогда не было.

ВОПРОС: Вы говорите неправду. Бывший начальник личной охраны Берия — Саркисов показал:

«Примерно в 1947-1948 гг. Берия ехал вместе с Багировым в машине и сказал ему: «Подожди, тебя мы тоже возьмем в Москву». Я в то время находился с ними в машине».

Вы подтверждаете показания Саркисова?

ОТВЕТ: Возможно, такой разговор и был, но я его не помню.

ВОПРОС: Вы знали, что Берия ведет злобную интриганскую борьбу в отношении Серго Орджоникидзе?

ОТВЕТ: Да, я знал, что Берия нечестно и подло относился к Серго Орджоникидзе.

ВОПРОС: Вы заявили, что Серго Орджоникидзе был одним из самых лучших руководителей, у которого к вам было самое искреннее, теплое и родное отношение. Почему же вы ничего не сделали для того, чтобы разоблачить вероломство и подлость Берия, который травил Серго Орджоникидзе?

ОТВЕТ: Честно заявляю, что у меня не хватило на это мужества.

ВОПРОС: А разве вы не вели такую же интриганскую борьбу против Серго Орджоникидзе, как и Берия?

ОТВЕТ: Нет, такое обвинение я категорически отрицаю, никаких неприязненных проявлений к Серго Орджоникидзе с моей стороны не было.

ВОПРОС: Как отнесся Серго Орджоникидзе к выдвижению вас в качестве секретаря ЦК Азербайджана?

ОТВЕТ: Он отнесся к такому выдвижению меня отрицательно, так как считал, что в партийные руководители я не гожусь. Однако такое суждение обо мне меня ничуть не обижало и не восстанавливало против Серго Орджоникидзе.

ВОПРОС: Вы, будучи секретарем ЦК Азербайджана, принимали личное участие в арестах и допросах людей?

ОТВЕТ: Когда были основания для ареста людей, я давал такие указания, несколько человек допрашивалось после ареста с моим участием. Перечислить все такие случаи сейчас затрудняюсь, так как не помню.

ВОПРОС: Вы избивали арестованных?

ОТВЕТ: Лично сам я арестованных не бил, давал ли на этот счет кому-либо указания — не помню.

ВОПРОС: К вам как секретарю ЦК КП Азербайджана с заявлением обратилась гр[ажданка] Халилова Тамзат, инженер, в прошлом знатная стахановка нефтеперегонного завода имени Буденного, исключенная из партии в связи с арестом мужа и снятая с работы. Она просила вас помочь ей устроиться на работу, так как не имеет никаких средств к существованию и продает на жизнь последние вещи. Вместо того чтобы разобраться с ее просьбой, вы направили ее заявление в Азербайджанское] УНКВД с письмом, в котором указали: «…После первого письма Халиловой — жены Шихсеидова, аналогичного прилагаемому, надо было ее изъять как непосредственную активную участницу всей вредительской работы мужа. Надо будет обратить внимание на это заявление и принять необходимые меры…» Как вы расцениваете такое свое отношение к Халиловой?

ОТВЕТ: Если в то время никаких обстоятельств в отношении Халиловой не было (какие-либо данные в НКВД о ее к[онтр]р[еволюционных] действиях), то мое письмо нельзя иначе рассматривать, как возмутительное, отдающее произволом.

ВОПРОС: Сколько в Азербайджане было создано дел о так называемых террористических актах против вас и Берия?

ОТВЕТ: Как мне известно, дел 16-17.

ВОПРОС: А сколько людей по этим делам расстреляно?

ОТВЕТ: Не могу сказать, так как не помню, но в таких случаях обычно расстреливали.

ВОПРОС: Вы верили серьезно в то, что против вас готовились террористические акты?

ОТВЕТ: Нет, не верил.

ВОПРОС: Почему же вы допускали фабрикацию таких дел и расстрелы людей за подготовку таких террористических актов?

ОТВЕТ: Если такие дела создавались искусственно, это большая подлость со стороны тех, кто этим занимался. Отдельные дела мне докладывали, но я в них особо не вникал и их количества до марта с. г. точно не знал.

ВОПРОС: В таком случае вы считаете, что создание таких дел было вражеской работой?

ОТВЕТ: Да, это была подлая вражеская работа.

Показания с моих слов записаны правильно и мной прочитаны.

Багиров

Допрос начат в 14 ч. 50 мин. и закончен в 21 ч. 20 мин.

Допросил: Генеральный прокурор СССР

Р. Руденко

При допросе присутствовал и запись показаний производил пом[ощник] генерального прокурора СССР

Преображенский

Верно:

[подпись неразборчива]

ИСТОЧНИК:

http://istmat.info/node/22310