РАНДЕВУ АЗЕРБАЙДЖАНЦЕВ В МОСКВЕ. ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Стандартный

ЕСЛИ МОЛОДЕЖЬ ТОЛЬКО В МЕЧЕТЬ ХОДИТ, ДОБРОМ ЭТО НЕ КОНЧИТСЯ…             

Национально-культурные организации в России возникли после распада Советского Союза. Политического компонента в них не могло не быть: многие представители этнических меньшинств как бы заново или даже впервые входили в сложную и в то же время деликатную сферу национальной культуры, находившейся десятилетиями в периферии большой и главным образом русскоязычной и русскоориентированной большой советской культуры. Уверенно и комфортно тут можно было себя чувствовать можно, лишь определившись собственной национальной идентичностью, что в многонациональной стране, где есть доминирующий язык и культура, не так уж безболезненно. Все же национально-культурные объединения, созданные представителями народов России, работали более или менее по своему назначению, то есть занимались изучением родного языка, создавали фольклорные коллективы. Движение это деформироваться начало, когда появились подобные организации у мигрантов из Центральной Азии, у армян, азербайджанцев. У последних организация быстро становилась квазиправительством, выполняющие определенные управленческие функции в отношении представителей определенной этнической группы. Руководители этих структур быстро присваивали себе не свойственные и не предусмотренные законом функции и полномочия. Представители органов власти, к сожалению, эту тенденцию главным образом только поддерживали и поощряли, видимо, полагая, что таким образом значительные группы мигрантов или этнические меньшинства находятся под контролем. А работа по адаптации мигрантов, не говоря уже об интеграции, просто не велась. Что в национально-культурных организациях, по крайней мере в большинстве из них, никакой культурной программы в жизнь не претворяется, это тоже никого не волновало. И до сих пор не волнует.

У людей есть духовные потребности. Когда по большим религиозным праздникам десятки тысяч мусульман, среди которых большинство – молодежь, собираются в мечетях и даже заполняют близлежащие улицы, это и есть духовная потребность – она вот в такой форме и в таком месте проявляется. Потребность в религиозности создавалась в людях веками. И даже насильно насаждалась. Потребность в культуре тоже следовала бы создавать и даже, когда необходимо и иначе нельзя, насаждать. Может, государству стоило бы вкладываться в создание, например, таджикских национальных театров в которых ставилась бы русская и европейская классика на таджикском? Или узбекских театров? Подобные театры, самые простые хотя бы, должны были бы создавать национальные объединения, которые предпочитают выколачивать из своих соотечественников деньги. Где азербайджанские театры в Москве или в Петербурге? Если мусульманская молодежь не ходит в театры, филармонии, библиотеки, а ходит только в мечеть и главным авторитетом для него является мулла, стоит ли удивляться тому, что все больше и больше молодых людей отправляется воевать на Ближний Восток?

Государство само должно быть заинтересовано тем, чтобы в национально-культурных объединениях находились не такие люди, как Союн Садыков или Аббас Аббасов, а гуманитарная профессура, музыканты, актеры, художники. Конечно, юристы тоже… Параллельные или теневые посольства, или даже правительства, больше смахивающие на организованные преступные группы, нам не нужны. С их усилиями возникают этнические резервации, которыми сами же они управляют. Ситуация, созданная таким образом, только внешне выглядит спокойной. Настолько она взрывоопасна, показывает рандеву азербайджанцев в Москве. Идет на самом деле беспощадная драка за власть, за деньги. Только кровь пока не пролилась…

бой 1

 

 

 

 

Обсуждение закрыто.